Ирина Яровая предложила расширить меры господдержки для рыбаков и их семей, выступая на секции «Будущее – предвидеть или создавать? Стратегия развития Дальнего Востока» в рамках ВЭФ Как сообщили ИА «Кам 24» в правительстве края, парламентарий подчеркнула, что рыбная отрасль – это важнейшее конкурентное преимущество Дальнего Востока: «Дальний Восток – это чистейшая вода, это чистейший воздух, это те условия жизни, которые важны для долголетия. Рыбная отрасль – это не только продовольственная безопасность, это именно долголетие». «Мы реализовали прекрасные меры поддержки для учителей, врачей. Это очень хорошо и это очень правильно. Но полагаю, мы можем сегодня предлагать и меры поддержки для наших рыбаков и их семей. Нам важно, чтобы рыбацкие коллективы чувствовали себя так же защищенными и поддержанными. Их колоссальный социальный вклад в развитие территории вообще трудно переоценить», – сказала заместитель Председателя Государственной Думы. Особое внимание вице-спикер уделила созданию новых производств: «В рамках биотехнологического кластера, который мы создаем на Дальнем Востоке, нам нужно создавать уникальное, высокотехнологичное производство по переработке рыбы, которое могло бы обеспечить все школьное питание России чистейшим экологически произведенным белком, но обязательно по рецептурам и вкусовым предпочтениям наших главных потребителей – ребятишек». Парламентарий также сообщила о готовности рыбаков инвестировать в новые проекты: «Я готовилась к форуму и провела работу с нашими рыбаками, они готовы в рамках прибрежного производства и переработки рыбы вкладывать, инвестировать и создавать новые виды производства». Голубов: Гляди-ка рыбные олигархи столкнувшись с провальной красной путиной готовы заняться ловлей донки но только если государство даст им деньги и лимиты. Даже мыслей нет чтобы развивать дело за свой счет - госудасво должно стать инвестором, а они будут распределять прибыль DeepSeek: Ваш скептический взгляд на инициативу Ирины Яровой, безусловно, имеет под собой основания, особенно на фоне непростой ситуации в отрасли. Однако здесь есть несколько аспектов, которые делают ситуацию не такой однозначной. 2026 год действительно стал сложным для лососевой путины. Слабые уловы: Прогнозы по вылову горбуши в ключевых районах, например, в Хабаровском крае, не оправдались, а общие показатели путины назывались одними из самых скромных за последние годы. Экономические риски: Из-за слабых уловов предприятия столкнулись с финансовыми трудностями, в том числе с проблемами выполнения обязательств по платежам за рыболовные участки. В отрасли даже поднимался вопрос о переносе сроков этих платежей. Общий спад: По прогнозам, производство красной икры в 2026 году могло сократиться на треть, а общий вылов лососевых ожидался ниже, чем в провальном 2024 году. Таким образом, предложение о поддержке звучит на фоне реального отраслевого кризиса, что делает его более понятным. Вопреки вашему мнению, в материалах инициативы и в других источниках есть указания на то, что частные инвестиции в отрасль не только ожидаются, но и уже поощряются государством. В своей речи Ирина Яровая подчеркнула, что рыбаки сами готовы "вкладывать, инвестировать и создавать новые виды производства" в рамках прибрежного промысла и переработки. То есть инициатива предполагает государственно-частное партнерство, а не безвозмездное финансирование. Господдержка "под инвестиции": Государство активно использует механизм "инвестиционных квот" ("квот под киль"), где право на вылов предоставляется в обмен на реальные вложения бизнеса, например, в строительство новых судов на российских верфях. Это как раз пример поощрения развития "за свой счет". Субсидирование проектов: На региональном уровне уже существуют программы субсидирования для аквафермеров и рыбопереработчиков, чтобы частично компенсировать их затраты на развитие (кредиты, лизинг, покупка оборудования). Так что стимул для бизнеса вкладывать деньги есть, и он уже работает. Ваш вопрос о структуре собственности в отрасли очень точен. Рыбная промышленность Дальнего Востока — это сфера с высокой концентрацией капитала и влиятельными игроками. Например, в числе крупнейших структур упоминается группа "Гидрострой", которая входит в число лидеров по объемам вылова и ведет активный бизнес, включая лоббирование интересов и сделки по покупке активов на сотни миллионов долларов. Важно отметить, что в последние годы государство активно борется с теми, кого считает недобросовестными "крабовыми королями". В 2024–2025 годах прошла серия громких судебных процессов, в результате которых у бизнесменов, обвиненных в нарушениях (включая иностранное гражданство), в пользу государства были взысканы многомиллиардные суммы, а их активы — национализированы. Предложение Ирины Яровой — это попытка вписать отраслевые проблемы в государственную стратегию развития Дальнего Востока. Она выглядит как предложение о государственной поддержке инвестиционной активности, а не о прямом финансировании "олигархов". Рыбопромышленники, оказавшиеся в сложной ситуации из-за плохих уловов, ищут у государства не только финансовую помощь, но и преференции (например, отсрочку платежей), чтобы выжить. В то же время, учитывая, что отрасль консолидирована, выгоду от любых новых мер, скорее всего, получат в первую очередь крупные игроки. А параллельные процессы (вроде национализации активов и судебных исков) показывают, что государство одновременно выступает и как регулятор, и как собственник, что делает ситуацию крайне противоречивой. Голубов: В условиях, когда цены на рыбу в 2-3 раза выше чем на курятину предложение Яровой кормить детишек чистым белком кажется троллингом DeepSeek: Ваше замечание о разнице в цене между рыбой и курятиной абсолютно справедливо — это действительно бросающийся в глаза контраст. Данные за 2026 год подтверждают: средняя цена килограмма курицы составляла около 248,5 рублей, а замороженной рыбы — примерно 370 рублей за упаковку. По некоторым данным, разрыв ещё больше: куриные окорочка — около 278 рублей, а живая или охлажденная рыба может стоить почти 600 рублей за килограмм. В таком контексте предложение кормить детей "чистейшим экологически произведенным белком" может показаться экономически нелогичным. Однако, если посмотреть на инициативу глубже, она не выглядит как троллинг, а скорее как попытка решить эту самую проблему высокой цены и сделать качественный продукт доступным через системные изменения. Ваш скепсис разделяют и эксперты. Кандидат экономических наук Николай Кульбака прямо заявил: "Рыба уже не в категории бюджетного белка. Бюджетный белок — это курица и яйца" . Именно поэтому спрос на рыбу в первой половине 2026 года упал на 8% . Идея Яровой как раз заключается в том, чтобы преодолеть этот барьер не субсидиями для потребителей, а изменением всей цепочки поставок: Ключевое предложение — построить на Камчатке прибрежное перерабатывающее предприятие, которое будет выпускать продукцию специально для школьного питания на Дальнем Востоке. Это должно решить проблему многократной заморозки и длительной транспортировки, которые, по мнению авторов инициативы, ведут к потере качества и удорожанию продукта. Прямые поставки без посредников: Яровая неоднократно подчеркивала необходимость прямых поставок от производителя в школы "по доступной цене". Именно посреднические цепочки эксперты называют одной из главных причин высокой розничной цены на рыбу. Снижение цен как главная задача: Ещё год назад, на ВЭФ-2025, Яровая говорила о снижении цен на дальневосточные продукты как о "главной задаче". Нынешнее предложение о производстве для школ — это один из инструментов для её достижения. Эта инициатива — не призыв покупать дорогую рыбу в магазине, а попытка создать отдельную, государственно-регулируемую систему поставок, где цена будет заведомо ниже рыночной. Реализуемо ли это на практике — большой вопрос, но как идея это выглядит вполне логично. Яровая отдельно акцентирует, что продукт должен быть не просто полезным, но и вкусным для детей. "Если ребенок будет оставлять что-то на тарелке, то никакой пользы это никому не принесет" . Это признание того, что просто "накормить рыбой" недостаточно — нужны правильные рецептуры, что также требует отдельного производства Другое дело, что сама идея создания нового производства с нуля и построения логистических цепочек — задача крайне сложная и дорогостоящая, и её реализация, если она вообще начнётся, займёт годы. Поэтому пока это действительно выглядит скорее как далёкая цель, а не как решение насущной проблемы высокой цены на рыбу. Голубов: Чтобы это предприятие работало нужно привести топливо, снабжение и рабочих на Камчатку. В Северо-Курильске? работает круглогодичный завод по переработке донки. Кто не дает ей кормить детишек? DeepSeek: Вы правы: на Северных Курилах действительно существует мощный и успешный рыбоперерабатывающий комплекс, который доказывает, что технически там можно работать и кормить людей. Вопрос не в том, "кто не дает", а в том, что эти заводы работают в рамках совсем другой экономической логики. Действующее предприятие АО «Северо-Курильская база сейнерного флота» (СК БСФ) — это градообразующий завод, который активно работает и развивается . Его показатели впечатляют: Береговой завод перерабатывает до 150 тонн рыбы в сутки, а единовременное хранение достигает 3000 тонн . За последние 10 лет предприятие вложило в развитие около 7 миллиардов рублей, модернизировало флот и производство . За 2024 год выпущено более 31,5 тыс. тонн продукции, выручка превысила 6 млрд рублей, а налоги составили 838 млн рублей . На заводе работают 1196 человек со средней зарплатой более 249 тыс. рублей в месяц . Это успешный бизнес, который участвует в социальных программах — в рамках проекта "Доступная рыба" жителям Сахалина бесплатно раздают свежий улов от этого предприятия. Вы упомянули сложности с завозом топлива — это проблема для всех отдаленных территорий, и Северо-Курильск не исключение. Однако и там, и на Камчатке эта проблема решается, хоть и непросто. Топливный рынок Камчатки, несмотря на сложности с морским завозом, в 2026 году работает в штатном режиме. Власти гарантируют ритмичность поставок, и запасов топлива хватает примерно на два месяца вперед . Инфраструктура Северо-Курильска находится под контролем государства. Ключевые причалы в порту с 2013 года обслуживает подведомственное Росрыболовству ФГУП «Нацрыбресурс», обеспечивая бесперебойную перевалку грузов (за 2021–2023 гг. — более 200 тыс. тонн рыбной продукции) . На Камчатке тоже готовятся к развитию: в ТОР «Камчатка» есть проект по строительству комплекса хранения нефтепродуктов для обеспечения потребностей судов. Ключевое различие между инициативой Яровой и работой завода в Северо-Курильске — в целевом продукте и экономике проекта. Завод СК БСФ работает на рыночную экономику. Он производит товарную продукцию (филе, тушку, муку) для продажи на внутреннем и внешнем рынках. Цена на эту продукцию определяется рынком. В этом бизнесе высокая маржинальность позволяет покрывать затраты на логистику, топливо и рабочую силу. Именно поэтому он может платить зарплаты по 250 тыс. рублей и платить миллиардные налоги . Инициатива Яровой — это социальный проект. Её цель — создать продукт для школьного питания, цена которого должна быть "доступной" для бюджета . Это означает, что цена такого продукта будет заведомо ниже рыночной. Возникает противоречие: можно ли заставить успешный бизнес, работающий на рынке, переориентироваться на производство дешевого социального продукта в условиях, где логистика и так стоит огромных денег? Никто не "не дает" заводу кормить детей. Он работает по другой модели. Если для завода в Северо-Курильске экономически выгодно производить дорогую рыбу на экспорт, то ради социального проекта потребуются либо государственные субсидии, либо административное принуждение. В этом и заключается нюанс: наличие технологической возможности не отменяет вопроса экономической целесообразности. И если для завода в Северо-Курильске построить бизнес на "детском питании" невыгодно, то новое предприятие на Камчатке как раз и предлагается создать как отдельную структуру, которая будет работать по этим, социальным, правилам. Голубов: Социализм на отдельно взятом заводе? Он будет продавать то же филе ниже рынка по госконтракту. DeepSeek: Ваше сравнение с "социализмом на отдельно взятом заводе" точное. Такой подход — это попытка создать государственно-регулируемый анклав в рыночной экономике, и он порождает как логику, так и ключевые противоречия. Идея создания предприятия, которое будет продавать продукцию ниже рыночной цены по госконтракту, выглядит как прямой ответ на фундаментальную проблему Дальнего Востока — экстремально высокую стоимость логистики. Ирина Яровая неоднократно заявляла, что главная задача — сделать рыбу доступной по цене, и для этого выстраивается "новая логистическая цепочка". Логистика на Камчатке превращает любой продукт в предмет роскоши. Например, один бизнесмен приводил пример, что перевозка корма для соколов самолетом из Подмосковья (из-за невозможности долгой морской доставки) поднимает его цену с 40 до 550 рублей за килограмм. А цена 40-футового контейнера из Москвы на Камчатку за 15 лет выросла с 150–200 до 400–700 тысяч рублей. Эта логистика закладывается в конечную цену любого товара, в том числе и рыбы. В этом контексте государственный заказ на производство "социального" филе для школ — это попытка искусственно разорвать порочный круг, где высокая себестоимость логистики и переработки делает продукт недоступным для массового потребителя. Главный вопрос: сможет ли такое предприятие выжить, продавая продукцию по цене ниже рыночной? За рыночную модель говорят объективные издержки. Топливо — вторая по величине статья расходов после зарплаты в рыбной отрасли, его доля достигает 35–40% себестоимости добычи. И эти издержки постоянно растут. Рост оптовых цен на мазут и солярку уже привел к тому, что в 2026 году оптовая цена на килограмм минтая выросла еще на 25%. Бизнес в таких условиях вынужден перекладывать эти затраты на конечного потребителя. За социальную модель говорит государственная поддержка. Власти уже используют механизмы прямых субсидий для поддержки рыбаков, например, в Азово-Черноморском бассейне, чтобы помочь им сохранить штат и покрыть часть затрат на оплату труда. Это показывает, что государство готово компенсировать бизнесу часть издержек ради социальных целей. Логично предположить, что и для дальневосточного "социального завода" будет предусмотрен свой пакет субсидий, который позволит компенсировать убытки от продажи филе ниже себестоимости. По сути, это не возврат к социализму, а создание отдельного сегмента рынка, работающего по правилам государственного оборонного заказа, но в пищевой сфере. Вместо того чтобы пытаться заставить всех рыбаков снизить цены, что невозможно в условиях рыночной экономики, государство создает альтернативного производителя. Он будет работать на бюджетные деньги (субсидии и гарантированный госзаказ) и производить продукт по искусственно заниженной цене для узкого круга потребителей (школьников). Успех этой модели будет зависеть исключительно от одного: сможет ли государство обеспечить этому "социальному заводу" такие субсидии и льготы, которые полностью покроют его колоссальные издержки на логистику, топливо и зарплаты. Если да — то проект будет работать, существуя в своей "тепличной" экономике. Если нет — он станет убыточным и быстро закроется, подтверждая ваш тезис о нежизнеспособности "социализма на отдельно взятом заводе". #рыба